Ставропольское региональное отделение

Общероссийской общественной организации «АССОЦИАЦИЯ ЮРИСТОВ РОССИИ»

  • Увеличить размер шрифта
  • Размер шрифта по умолчанию
  • Уменьшить размер шрифта

След войны навсегда остается в душе…

E-mail Печать PDF

У войны нет лица. Нет ни пола, ни возраста. И уж тем более у войны нет и не должно быть детского лица.

 Дети и война… Страшное сочетание! Даже рядом не должны быть эти слова. Дети – это надежды, начало новой жизни, это солнце и счастье, это милые бабушкины потешки, веселые игры с папой, мамины сказки и поцелуи на ночь. А война – смерть, беспощадное уничтожение этих надежд, этого счастья, уничтожение самой жизни. Дети постигают все ее ужасы, даже в более тяжелой, безысходной, отчаянной форме, и вынуждены переносить невзгоды, которые и взрослому преодолеть не всегда под силу. День, неделя, месяц войны, и перед нами уже не ребенок. Это маленький взрослый, рано осознавший истинные ценности жизни, где на первом месте – сама жизнь, а еще мир и вера в лучшее, в победу над злом. Дети Великой Отечественной войны вместе со взрослыми шли к Победе долгих 1418 дней и ночей.

– Мне четыре года. Моя ладошка в папиной крепкой руке, а мама смеется, отпуская в небо красные и голубые шары. Это единственное, что я помню из мирной детской жизни, – рассказывает тихим голосом жительница города Минеральные Воды Светлана Дмитриевна Пискова. – Потом эта светлая картинка моей памяти сменяется черными…  

Мы сидим на лавочках за большим дощатым столом под цветущей в ее саду яблоней. Поют птицы. 9 Мая 2020 года. Особенный День Победы – 75-ю ее годовщину мы встречаем в условиях строжайшего соблюдения санитарно-эпидемиологического режима. Маски, перчатки, дистанция. Но это не отдаляет нас друг от друга: душами мы близки, сердцами вместе. То и дело промокаю слезы, которые бегут по щекам от рассказа моей собеседницы…

– Что я помню из того, что было потом? Вот мы с мамой и шестилетним братом бежим по какому-то полю. У меня на ногах большие ботинки, которые так и норовят свалиться, я спотыкаюсь, сбиваюсь с шага, подпрыгиваю, мама тянет меня за руку. Что мы делаем на этом поле? Мы искали еду. Нашли несколько клубней картошки и нарвали какую-то траву, сейчас уже и не помню какую. Этого «богатства» нам хватит не на один день. Мы очень замерзли и хотим есть. Скоро дом, благо он крайний в деревне. Скорее домой, скорее!..

…Голос Светланы Дмитриевны прерывается. Моей собеседнице очень непросто и сегодня даются эти воспоминания. Но она справляется с волнением и продолжает:

– Я уже увидела наш дом вдалеке на пригорке, но тут впереди вспыхнуло страшное зарево. Мы от неожиданности застыли. Мама так крепко сжала мне ладошку, что я посмотрела на нее и хотела сказать об этом, но увидела ее белое как снег лицо и растерялась. Мама упала на колени и закричала так страшно: «Дом! Горит наш дом!».

…Потом помню станцию. Мы с мамой ждем поезд. Много людей. Гам, гвалт, крики. Вдруг нарастающий гул. Мама подхватывает нас, и мы бежим в сторону от станции. Но самолеты быстрее нас. Мы бежим, а черная ревущая тень догоняет нас. Летят бомбы. Мама толкает нас с братом на землю и сама падает сверху, закрывая нас от этой черноты. Нас спасла, а себя нет…

…И снова пауза. Я не знаю, что сказать Светлане Дмитриевне, как ее утешить, можно ли вообще найти слова, чтобы это горе, случившееся много десятилетий назад, сделать хотя бы немного меньше. Моя собеседница находит в себе силы и продолжает рассказ:

– Следующая картинка: мы с братом идем по какому-то селу, стучимся во все ворота подряд, просим кушать. Кто-то дает нам крохи от своего бедного стола. Всем тяжело, все еле живы… Ночью мы спим в каких-то ямках, воронках. Таких детей, как мы, было много: тех, кто искал родителей, кто остался сиротой. А потом нам повезло, нас пожалела и приютила женщина, у которой своих детей было пятеро. Но это было куда позже… Вот мне сейчас восемьдесят с хвостиком, а я до сих пор помню это страшное чувство голода и холода. А потом так случилось, я еще две войны прожила, чеченские. И скажу, что страшнее нет ничего, чем дети на войне...

 Так тихо и неспешно Светлана Дмитриевна рассказывала мне о своем детстве и юности. А я вспоминала наши предыдущие встречи с ней, как сидели в ее уютной кухоньке, пили чай из красивых чашек в горошек.

Через всю жизнь пронесла Светлана Пискова доброе отношение, любовь к людям. Она не участвовала в сражениях Великой Отечественной войны, но стойко выдержала все ее лишения и испытания, столько повидала и пережила, что и представить трудно.

Я хочу только одного: чтобы ее здоровье оставалось всегда крепким, небо над ее головой было мирным и безоблачным, и жизнь подарила нам еще много чаепитий, воспоминания о которых согревали бы ее чуткое сердце.

Елена Белова,

член Ассоциации юристов России,

член Совета молодых нотариусов НПСК,

нотариус по Минераловодскому

городскому нотариальному округу Ставропольского края

 

 

Случайная новость

Почетный гражданин Ставропольского края – Николай Кашурин
Список имен почетных граждан Ставрополья пополнит еще одно. Присвоение звания «Почетный гражданин Ставропольского края» председателю Ставропольского регионального отделения Ассоциации юристов России, президенту нотариальной палаты Ставропольского края, председателю краевой Общественной палаты, заслуженному юристу РФ Николаю Кашурину было согласовано в ходе заключительного в 2018 году заседания Думы Ставропольского края.
Подробнее ...